Степень культуры, на которой находились тюрки, и черты их быта заставляют полагать, что здесь действовали те же психологические причины, которыми определяется резкая разница между психикой толпы и психикой индивидуума в отроческом возрасте. Кроме того, нравственные понятия кочевников в большей степени, чем нравственные понятия культурных народов, находились в зависимости от религии. Вполне естественно, что первые Сельджукиды и Караханиды были лучшими мусульманами, чем Махмуд и Масуд, как Владимир Святой был лучшим христианином, чем византийские императоры. В глазах Караханидов религия не была только орудием для поддержания их господства; правила религии признава-Лись обязательными и для государей, которые, как мы видели (см. стр. 345), воздерживались от употребления вина. Очень вероятно, что под влиянием религии некоторые из этих властителей прон.икались искренним желаниемосуществить идеал справедливого царя.
Предводитель кочевого народа, едва отличавшийся от своих воинов по одежде, деливший с ними все труды, не мог сразу обратиться
в деспота того типа, как Махмуд и Масуд. Очень характерно, что отвратительная должность сахиб-хараса потеряла при Сельджукидах всякое значение. Не замещалась также должность сахиб-хабара. Система шпионства возмущала нравственное чувство дикарей; сторонник этой системы Низам ал-мульк2 приводит следующий ответ Алп-Арслана на вопрос, почему он не назначает сахиб-хабара: «Если я назначу сахиб-хабара, то люди, искренно ко мне расположенные и близкие мне, не станут обращать на него внимания и подкупать его, полагаясь на свою верность, дружбу и близость; с другой стороны, мои противники и враги заключат с ним дружбу и будут давать ему деньги; ясно, что сахиб-хабар постоянно «будет доводить до меня дурные вести о друзьях и хорошие вестй о врагах.
|